Кличко: обманывающая народ нынешняя власть в Украине кончит так же плохо, как Янукович — Der Tagesspiegel

Мы хотим изменить всю коррумпированную систему, которая досталась нам в наследство. Но сама эта система, конечно, не хочет меняться. Вовлеченные в нее люди пытаются защитить себя и саму систему.

Der Tagesspiegel: Господин Кличко, почти четыре года вы занимаете пост мэра Киева. Что было для вас самым серьезным вызовом?

Виталий Кличко: Для меня самым серьезным вызовом было доказать, что боксер может добиться успеха и в коммунальном управлении. Ожидания от моей работы были очень высоки.

— Вот уже четыре года в Украина идет война. Насколько это определяет повседневную жизнь людей, в том числе и в Киеве?

— Каждый украинец мечтает о мире и безопасности. Это самое большое желание каждого человека в Киеве и по всей стране.

— Однако с 2014 года невозможно говорить об Украине, не упоминая также Россию(фашистское государство, признанное Законом Украины от 20.02.18 страной-агрессором)и объявленные против нее санкции из-за ее вторжения на Украину…

— Сначала я хотел бы поблагодарить за поддержку украинцев. Эта поддержка касается не только нашей страны, но и наших ценностей, нашего будущего. Мы четко определили, что хотим построить современную, демократическую, европейскую страну. Это наша самая большая цель. В будущем мы видим себя частью европейской семьи.

— В Германии несколько премьер-министров и депутатов бундестага высказались за отмену санкций против России. Что вы об этом скажете?

— Санкции можно сократить в том случае, если Россия остановит свою агрессивную политику и перестанет нарушать права человека, международные договоренности, такие как Будапештский меморандум, а также территориальную целостность Украины. Только тогда можно будет говорить об отмене этих санкций. К сожалению, пока мы не получили от России никаких положительных сигналов. Санкции представляют собой важнейшее средство борьбы против агрессивной российской политики, и они действуют. Пока Россия не изменит свою политику, санкции следует скорее усилить.

— Даже те, кто с большим интересом и участием следит за развитием событий в Украине, озабочены малыми успехами в борьбе с коррупцией. В чем здесь причина?

— Мы хотим изменить всю коррумпированную систему, которая досталась нам в наследство. Но сама эта система, конечно, не хочет меняться. Вовлеченные в нее люди пытаются защитить себя и саму систему. Так что добиться здесь изменений не так просто. Я по собственному опыту знаю, что лучшие средства против этой системы — это прозрачность и открытость. Мы добились значительного прогресса с электронными декларациями о доходах и имуществе, а также о публичных торгах. Но все равно коррупция еще существует, хотя уже не в столь большом объеме. К сожалению, пока мы не можем сказать, что мы ее уничтожили. Для этого еще рано. В этой области у нас еще много проблем, которые мы должны решить в короткие сроки, например, создать антикоррупционный суд.

— Именно по этому вопросу Украина спорит сейчас с Европейским союзом и с Международным валютным фондом, которые считают, что представленный законопроект пока не гарантирует независимость этого суда.

— Мы ожидаем от парламента, что он справится с этим заданием и скоро создаст такой суд. Люди хотят не войны между ведомствами, борющимися с коррупцией, а войны с самой коррупцией. Здесь нам предстоит еще многое сделать.

— Однако, очевидно, и внутри украинского руководства не все хотят сделать этот антикоррупционный суд таким независимым, как рекомендуют западные организации.

— Нам вообще не надо создавать ничего нового. Просто надо взять лучшие западные образцы, что касается прозрачного ведения дел, и применить их на Украине.

— Международный валютный фонд приостановил выплату очередных траншей Украине, пока страна не осуществит важные реформы, особенно в области борьбы с коррупцией. ЕС тоже напоминает о проведении важных реформ. Не боитесь ли вы, что Украина потеряет международную поддержку?

— Мы рассматриваем это как давление, чтобы мы как можно скорее решили стоящие перед нами задачи.

— То есть, с вашей точки зрения, давление со стороны ЕС и других международных организаций важно?

— Я очень положительно отношусь к этому. Такое давление хорошо для Украины, но, конечно, не для тех, кто не желает этих реформ.

— Здесь, в Германии, создается ли у вас впечатление, что немцы достаточно знают об Украине?

— Я использую любую возможность, чтобы представить мою страну. Мне важно объяснить, где мы находимся и куда мы хотим идти. Украина — это одна из крупнейших стран Европы, располагающая огромным потенциалом. Все наши соседние страны рассматривают Украину как политически и экономически стабильную страну. И напротив — нестабильность в нашей стране была бы опасна для всего региона. Поэтому наше самое важное задание состоит в том, чтобы добиваться экономических и политических успехов. Потом они будут оказывать влияние на весь регион.

— Какого рода поддержку вы хотели бы получать от Германии?

— Нам нужна прежде всего моральная и политическая поддержка, но также помощь в области технологий и ноу-хау и, конечно, финансовая поддержка.

— Когда представителей немецкой экономики спрашивают о том, хотят ли они инвестировать в Украине, то они отвечают, что, с их точки зрения, это очень сложно, и называют такие проблемы, как коррупция. Что вы отвечаете этим предпринимателям?

— Они правы. Наши законы слишком сложны, есть и человеческий фактор… От инвестиций зависит и мое выживание как политика. Каждый инвестор приносит с собой не только деньги, он приносит также рабочие места и платит налоги в нашу городскую казну. Поэтому я предлагаю себя каждому инвестору в качестве личного телохранителя для его инвестиций и проектов. В прошлом году Киев получил 60% всех инвестиций в Украине. Меня это очень радует.

— Крупный экономический проект, который сейчас планируется также с немецкой поддержкой, — это газопровод «Северный поток — 2». Какие последствия этот проект может иметь для вашей страны?

— С моей точки зрения, «Северный поток — 2» — не в интересах Европейского союза, он укрепляет в первую очередь Россию. Украине этот проект очень бы навредил. Для России речь идет о том, чтобы больше не использовать трубопроводы, которые идут через Украину. Это не экономическое, а политическое решение. «Северный поток — 2» принесет России гораздо больше политических, чем финансовых преимуществ.

— Более четырех лет тому назад вы были одной из ведущих фигур на Майдане. Что осталось в украинском обществе от тех настроений прорыва?

— В отличие от прежнего времени, сегодня правительство должно помнить, что очень многое зависит от мнения людей. Каждый, кто обманывает людей и настраивает общество против себя, как прежний украинский президент Виктор Янукович, так же плохо кончит. Люди вышли на улицы и заявили: мы достаточно слушали ложь, мы хотим строить современную страну.

— Но после Майдана многие люди были разочарованы в своих надеждах. Что вы скажете тем, кто считает, что за последние четыре года слишком мало сделано?

— Россия старается сделать все, чтобы Украина не добилась успеха и люди остались бы недовольными. То, что происходит в Донецке и Луганске, — это для нас, конечно, большой удар. Не в последнюю очередь поэтому нашей экономике не хватает 10%. Это очень болезненно для нашей страны. Но все равно наша экономика ориентируется на стандарты ЕС. Мы — в процессе нелегких перемен, а Россия как агрессор выступает против Украины. И все же мы продолжаем развиваться. В прошлом году у нас были очень хорошие показатели роста экономики. Вот лучший ответ. Конечно, все ожидают более быстрых результатов. Но есть много факторов, тормозящих процесс реформ. Моя задача — в том, чтобы как можно скорее осуществить те реформы, которые конкретно что-то изменят в жизни людей. Киев — пример того, что люди действительно могут видеть такие изменения: новые дороги, новые детские сады, новые школы, санация зданий, новые парки, новые рабочие места, самая высокая заработная плата и хорошие социальные выплаты. Конечно, Киев — это остров благосостояния по сравнению с другими регионами. Но мы хотим наш положительный опыт нести и в другие регионы.

— В будущем году в Украине будут выбирать нового президента и парламент. Что более вероятно: что вы будете баллотироваться на более высокий пост или что вы вернетесь в бокс?

(На заднем плане Кличко уже некоторое время ожидает европейский депутат от ХДС Эльмар Брок. Оба только что сидели вместе на подиуме дискуссии между Обществом по международному сотрудничеству и газетой «Тагесшпигель». Теперь Брок вмешивается в разговор: «Это злой вопрос». Кличко смеется и все же отвечает).

— В боксе мне больше нечего доказывать, я уже всего добился. Моей важнейшей цели достичь гораздо труднее, чем стать чемпионом мира в тяжелом весе: бороться против коррупции, против вызовов, против агрессии России и добиваться изменений для моей страны и моего города. Как у боксера у меня раньше было в год три-четыре боя. Теперь я сражаюсь 365 раз в году — каждый день как бой. И при этом значение имеют такие же факторы, как в боксе (теперь Кличко после каждого перечисленного пункта ударяет кулаком по столу): воля, сила характера, надо поставить себе цель и потом добиваться ее. Ведь и в боксе не все зависит от одного тебя, многое зависит и от твоей команды, от тех, кто рядом и разделяет твои ценности. Я твердо убежден: мы справимся. Потому что мы верим в себя, в наш город и в нашу страну. Мы боремся за это. И я знаю лучше, чем кто-либо другой: без борьбы нет победы. Вот почему мы продолжаем бороться за Украину.

— То есть, вы не исключаете, что когда-нибудь будете баллотироваться на более высокий пост, например, на пост президента?

— Когда-нибудь? Этого я не исключаю. Но пока я должен быть успешным в Киеве и довести до конца то, что я пообещал людям.

Клаудиа фон Зальцен, Der Tagesspiegel (Германия)

Почти все правильно говорит Виталий Кличко. Не соглашусь с ним лишь по двум моментам.

Во-первых, уровень коррупции сейчас в Украине не меньший, а еще больший, чем раньше. Так считают и сами украинцы — о чем свидетельствуют многочисленные социологические исследования, и зарубежные экспертные организации.

Во-вторых, небольшой экономический рост в украинской экономике произошел в прошлом году не благодаря, а вопреки. Если бы не благоприятная внешняя конъюнктура (на рынках черных металлов и зерновых), ВВП был бы в прошлом году в минусе. Кроме того, рост экономики на 2-3% в год никак не является удовлетворительным для Украины.

Но главное, что и в те правильные слова, которые произнес в этом интервью Кличко, веры нет, поскольку абсолютно нет доверия к их автору.

Возможно, Кличко думает, что кто-то не знает или забыл кое-что очень важное из его биографии? Тогда я сейчас напомню.

В марте 2014 года — всего примерно через месяц после гибели Небесной сотни — в Вене состоялся грязный сговор между Порошенко и Фирташем с Левочкиным.

Эта тайная встреча длилась аж 28 часов с перерывом на 3 часа. Всего мерзавцев-переговорщиков было шестеро — Порошенко, Ковальчук, Стець, Левочкин, Фирташ и Кличко.

По результатам данной встречи Кличко снял свою кандидатуру в пользу Порошенко. А Фирташ с Левочкиным затем помогли Петру Алексеевичу получить президентскую булаву, после чего тот с друзьями принялись нещадно грабить Украину через многочисленные коррупционные схемы.

То есть, тогда в Вене состоялось предательство Майдана и Украины. В чем непосредственное участие принял и Кличко.

Ну а врать бывший знаменитый боксер уже научился довольно неплохо у Петра Алексеевича. Что и продемонстрировал в этом интервью немецкому изданию…

Соответственно, Кличко — подлец! И Украине не нужен такой президент!

При этом, будем надеяться, сбудется его предсказание, что нынешняя власть кончит так же, как Янукович…

Источник

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.